Набор бумаги как олицетворение многоликости скрапбукинга

19.09.2016

Альбер Камю говорил: » В жизни должна быть любовь — одна великая любовь за всю жизнь, это оправдывает беспричинные приступы отчаяния, которым мы подвержены». Любой поэт, любой творческий человек, кроме Джека Лондона, возможно, скажет, что это именно так. Мы познаём мир через любовь и боль, хотя зачастую для нас это одно и то же.

skrabНо имел ли в виду французский публицист только любовь человека к человеку или, возможно, за его словами скрывается и другой посыл. Ах, как же порою сложно разобраться в этом многоликом мирском бытие! Но давайте-ка всё же попробуем.

Возьмём среднестатистического представителя так называемой богемы, человека умеющего либо творить, либо судить искусство.

На примере девятнадцатого, да и, наверное уж, что скрывать, и двадцатого века тоже, можно увидеть, что практически каждый словоблуд, если можно так выразиться, композитор, философ является приверженцем полигамии.

Перечислять можно бесконечно, самый яркий пример девятнадцатого столетия — Александр Сергеевич Пушкин. Сколько тысяч раз он был влюблён, скажите, пожалуйста? Но почему-то, вспоминая его имя, мы четко ассоциируем его с Натальей Гончаровой.

Мы не задумываемся, насколько много и долго он кутил, так сказать. Теперь обратимся к двадцатому веку. Здесь все еще хуже. Если век назад мы хотя бы могли потешить себя биографией Льва Николаевича Толстого, у которого была всего одна жена, то тут мы такого человека вряд ли найдём. Александр Блок, Владимир Маяковский, Анна Ахматова, — имен не счесть. Но мы почему-то восхваляем этих людей, восхищаемся их творчеством, любим и уважаем их жизненный путь. Почему же?

Ответ несказанно прост. Все эти люди на самом деле были моногамны. Их «одна великая любовь за всю жизнь» — это поэзия. Ей они посвятили себя, перед её богами приклонялись и, в конце концов, заслужили право стать одними из них. Отчаяние, страх, боль, — через все прошли они и выстояли именно благодаря своему слову, своей любви.

В наше время мало кто так же может любить. Это касается и отношений межличностных и отношений персоны к творчеству. Может ли тот же скраппер посвятить себя так же своему делу, как это делали И.К.Айвазовский или М.Ю.Лермонтов. Навряд ли. Теперь существуют наборы бумаги для скрапбукинга, они задают тематику вашего творения, оставляют печать коммерциализма на нем, заставляют вас быть хоть в каких-то, но в рамках. И вы, прекрасные мастера своего дела, подчиняетесь этому, считая, что это правильно, что так и должно быть.

Недавно магазин «Мемуарис» создал свой набор бумаги для скрапбукинга. Он вдохновил многих, так как был нарисован настоящей художницей, не был копилкой, но был искусством в чистом виде. Вот такие наборы имеют право на существование и использование, но никак не американские типичные принты, которые появились из-под мышки компьютера, а не из под кисти уставшего, но ужасно-счастливого мастера, для которого дело его — любовь, а любовь — дело его.

Вот и разобрались мы, не так ли? Может, Альберт Камю и имел в виду лишь любовь между людьми, но фраза его на самом деле имеет множество граней. Любовь к ребенку, к другу или товарищу, сестринская, братская любовь, любовь к работе и искусству, — все это по сути имеет одно общее начало — духовное. Как писал Пётр Вяземский: «Нет прозаического счастья/ Для поэтической души:/ Поэзией любви дни наши хороши…». Да. Так и есть. Зарождаясь где-то в недрах нашего подсознания, высшее чувство на земле затмевает собой все, заставляет нас существовать с какой-то целью, идти к ней, творить и дышать миром, который мы сами себе создаем. Грусть и злоба, печаль и безнадёга кажутся лишь частями нашего внутреннего мира. Они так же прекрасны, как позитивные эмоции, потому что без них бытие наше было бы неполноценным, однообразным, мы бы противоречили самому укладу жизни, его главному принципу — многоликости.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Ваши мысли

К сожалению, комментарии закрыты.